Глава 09. О встрече с серой тенью
Я выучил маршрут «вниз—еда—вверх», осталось выучить ещё одну грамматику — её тишину. Игра — это приглашение, не приказ.
Я дома, в тёплом одеяле, которое пахнет нами. Дом дышит со мной. Шаги? Не людские — мягкие, без тяжести. Уши встают радаром, глаза щурятся. Дом темнеет и укрывает нас мягкой тенью. Ага, вижу — она. Лира. Скользит вдоль стены, как капля дыма. Я поднимаю голову, пискнул тихо — с моей фирменной хрипотцой. Так, любопытство, веди.
Не робей, Бат. Ползу. Хвост живёт отдельно, предательски дрожит. О, наблюдательный пост занят: она сидит, стерёжёт обрыв. Останавливаюсь в двух прыжках. Мурлычу погромче — демонстрация дружелюбия. Ответ: «шшш», остро, как ветер в щели. Принял. Но я котёнок; нам простительна игра. Ещё полшага. Присел. Натянул пружину.
Прыжок — не в неё, а рядом: приглашение к бегу. В ответ — низкий, экономный рык, как радио между станциями. Хорошо, смена тактики. Играю простодушного: перекат — на бок, живот наружу, катаюсь, как мячик. Убедительно? Похоже, нет. Её «шшш» густеет; лапа режет воздух, когти спрятаны — благодарю за мягкость. Отскакиваю, мурлычу мирно.
Хорошо, играем в охотника без добычи. Прячусь за угол, выглядываю, хвостом делаю «удочку». Бросок — стоп, в прыжке от неё. Она — подпрыг и шлёп по воздуху. Писк с хрипотцой — как старый свисток. А взгляд у неё такой, будто я фоновой шум в её тишине. Увы.
Последний козырь. Тогда — на спину: лапы вверх, перекат; кувыр‑кот. А вдруг — борьба? Она наклоняется, шипит, зубы блеснули для порядка, но не кусает. Рычание глубже — как далёкий гул, который не про меня. Я вскакиваю, прыжок вбок — приглашение к игре. И тут она — хвост флагом — вниз по спуску. Исчезла.
Стою на краю, пульс как птичьи крылья. Игра не вышла — и ничего страшного: было весело. Внизу комнаты шевелятся тенями, но не полезу: не моя смена караула. Хвост отбивает ритм мыслей — они кружат, как мухи над миской.
Домой — в тёплое одеяло, пахнущее домом. Хрусть сухого — и по дому идёт маленький гром. Пью, слизываю капли с носа, радуюсь, что тут без фиолетовых хитростей. Складываюсь в клубок. Она будто убавила меня, как лишний шум в колонке, а дом настроил на нужную волну. И на пол‑громкости жизнь звучит весело. Завтра — ещё одна попытка, если мир захочет. Дом мурчит стенами, я мурчу в ответ и сворачиваюсь в сон.